Царственные мученики

В конце 19-го столетия в Россию навсегда  приехала    гессендармштадская  принцесса Аликс, как звали ее  дома на Родине.  Она прославлена русской православной   Церковью в чине русских святых за свою мученическую смерть,  за  свое  служение России  и любовь к России.

           Я думаю, всем понятно, что речь идет о последней русской Императрице Александре Федоровне.

           Сегодня мы обратимся к Ее дневниковым записям, письмам, раскрывающим подвиг служения семье, Дому, Отечеству этой русской святой. 

«Германская принцесса славянскую молитву чертила  на коре сибирской бересты…»

      Вышеприводимые нами слова  — это слова  из  «Поэмы о Царской Семье», которую М. Цветаева начала писать в эмиграции. К сожалению, до нас дошли только ее отдельные фрагменты. Один из них построен на конкретном факте: Государыня из своего заточения в Тобольске пишет письмо своему другу Анне Вырубовой, в котором рассказывает о том, что она пытается написать на «коре сибирской бересты» молитву Господу [1]:

                                                  … в келье тесной, 

                                                   Рукою домовитой

                                                   Германская принцесса

                                                   Славянскую молитву

                                                   Чертила на коре 

                                                   Сибирской бересты…

                                                   ……………………….

                                                  О чем она просила 

                                                  Канавы на краю…

                                                  Молитва за Россию,

                                                  За Родину – твою – 

                                                  Мою…………….. [2]

           Александра Федоровна представлена здесь в высшей точке своих любви и служения, ради Родины она готова отдать в жертву не только свою жизнь, но и жизнь единственного сына. Цветаева не ошиблась. Именно так погибла Царская Семья.  Они знали, что  обречены и, несмотря на это, Государыня из заключения в Тобольске   писала полковнику А. В. Сыробоярскому: «Как я счастлива, что мы не заграницей, а с ней (Родиной— Т.Р.) все переживаем. Как хочется с любимым больным человеком все разделить, вместе пережить…, так и с Родиной. Чувствовала слишком долго себя ее матерью, чтобы потерять это чувство – мы одно составляем, и делим горе и счастье» [3].

          Высшая точка любви, жертвы, служения… Имея детей, разделить с Родиной ее трагедию, предавая своих близких воле Божией.

          У нас есть возможность проследить по дневникам, письмам Государыни, как она достигла такой святости, так как ее эпистолярное наследие, к счастью, дошло до нас. Обратимся к нему.

Семья: служение и любовь

             Сегодня государство, российское общество активно востребует обращение к фундаментальным традиционным ценностям, слова о всякого рода служении в нашей жизни становятся все более   значимыми и актуальными.   И, повторяя их в той или иной ситуации, не хочется забывать  или потерять их истинный смысл. 

            Служение людям невозможно без терпения всякого рода дискомфорта, что, нам, достаточно непросто: определенный настрой современного сознания стремится и к удобству, и к наслаждениям. Александра Федоровна,   еще тогда, когда  она  была  принцессой  Аликс,  была направлена на совсем иное. Сострадание, помощь нуждающимся в ней, молитва и вера Богу – те основы, которые были заложены ее воспитанием. Именно они сформировали то, как Александра Федоровна понимала семью, любовь, свое предназначение как  служение.

           В дневниковых записях императрицы Александры  Федоровны за 1917 год мы находим следующее: «Служение – это не что-то низменное, это Божественное» [4]. И наряду с этим – штопка семейного белья, работа в госпитале операционной сестрой, занятия с детьми. «Если бы только мы внесли этот закон служения в нашу домашнюю жизнь, это сделало бы нас внимательными ко всем, а дома наши превратило бы в места Божественной любви. Если бы мы научились так служить, как Христос, то стали бы думать не о том, как получить какую-то помощь, внимание и поддержку от других, но о том, как другим принести добро и пользу» [5]. В этих словах – квинтэссенция всех видов служения – семейного, социального, духовного.                          Такое устроение Государыни возникло и осуществилось не вдруг. 

            Принцесса Аликс, став женой Николая Александровича и вскоре Императрицей богатой и огромной державы, в своих ранних  дневниковых записях, сохраняя  высокий Божественный настрой служения, формирует для себя образ жены. Это образ чуткой, любящей женщины. Но эта чуткая и любящая жена не должна стать грузом для мужа «на его ногах» [6], она не должна быть «ползучим растением, обвивающим могучий дуб своего мужа» [7]. Явно имея в виду сложившийся в конце 19 – начале 20-го вв. образ жены, далекой от быта, не занимающейся повседневными обязанностями, «парящей» в модных грезах, Александра Федоровна пишет: «Верной жене не нужно быть ни мечтой поэта, ни красивой картинкой, ни эфемерным созданием, до которого страшно дотронуться, а нужно быть здоровой, сильной, практичной, трудолюбивой женщиной, способной выполнять семейные обязанности, и отмеченной все-таки той красотой, которую дает душе высокая и благородная цель» [8]. Перед нами – образ жены, трудолюбиво служащей Дому, Мужу. Но ее служение, ее трудолюбие, ее практичность не только о «трех немецких К» — «Kuchen,  Kinder,  Kirchen» [9]. Александра Федоровна выделяет в нем (служении) наряду с земным и вместе с земным “высокую, благородную  цель”, далее Государыня развивает эту мысль особо: «Первое требование к жене является верность, верность в самом широком смысле этого слова. Сердце ее мужа должно довериться ей без опаски. Абсолютное доверие – это основа верной любви» [10]. А для доверия мужа нужны не только вовремя, а порой и не вовремя сказанные ласковые и любящие слова. Иначе отношения постепенно могут превратиться в ту карикатуру отношений между мужем и женой, которую блестяще показывает Гоголь, рисуя дом Манилова. Нужны дела, которые сопряжены с трудом. Жена, как пишет Александра Федоровна, должна быть способна разделить интересы мужа. А для этого надо уметь слушать и слышать другого, качество, которое вырабатывается далеко не сразу; здесь надо напрячь и свои интеллектуальные силы, и изменить круг собственных интересов.  Труд, труд, труд…

          Также  Александра Федоровна выделяет ведение домашних дел как один из видов женского служения, формирующего доверие мужа к жене: «Очень важно, что муж может доверить своей верной жене ведение всех домашних дел, зная, что все будет в порядке» [11]. Это еще одна неисчерпаемая область женского служения, о чем мы подробно писали. (См. гиперссылку на «Служение… ».)

            Повседневные домашние заботы, быт …. Это — подвиг, который несла, как должна нести его женщина в семье, императрица. Его сложность она прекрасно знала и уже на исходе своего семейного пути в 1917-м году написала: «Часто для обыденных дел требуется больше небесной благодати, чем для великих» [12].

           С одной стороны, повседневное ведение дома, но с другой: «Женщина наделена даром сочувствия, деликатности, умением вдохновлять. Это делает ее похожей на посланца Христа с миссией облегчить человеческие страдания и горести» [13]. 

           Повседневный труд и бесконечно высокое служение Дому – идеал жены для Александры Федоровны, который был ей достигнут. Так, жена должна быть способна не только разделить, но и облегчить скорби мужа: «Когда наступает мрак, и невзгоды обступают мужа, преданные глаза жены смотрят на мужа, как звезды надежды, сияющие в темноте». Это написано в 1899-м году. В дальнейшем, при самых тяжелых катаклизмах России Ее Императора поддерживала верная и сильная жена. То, к чему готовила себя молодая Императрица Александра Федоровна. Жена в своем служении должна быть сильной, умной и чуткой, чтобы   разделить Крест мужа. Совместное несение Креста – высочайшая точка семейного служения Александры Федоровны. И в этом крестном пути она, жена и мать, становится и матерью русского народа.

«Чувствовала слишком долго себя ее матерью…»

            Это слова Александры Федоровны о Родине, которые мы уже приводили выше. Быть такой женой Российского Императора, какой была Ему  Александра Федоровна, неизменно вело к ее материнству не только своим детям, но и своим подданным. Изначально «пространство сердца» еще совсем молодой Государыни было чутким и настроено на чуткость. Выше мы приводили ее слова о том, что женщина должна быть похожа на посланца Христа, облегчающего страдания и горести других, не только своих. Именно это Государыня и исполняет. В своих записях 1917 года она пишет: «Христианская любовь — в святом служении, в заботе, в доброте, в готовности помочь» [14]. И еще в этом же месте: «Мы должны искать случая помочь» [15]. Александра Федоровна также писала и о том, что «тех, кто истинно любит Христа, отличает действие» [16]. И, помогая другим, Она Именно «действовала». Тогда, когда Она была Императрицей Ей это было легче сделать. Всем известно, например, о Ее создании лазаретов в Царском Селе. Там вместе со своими дочерьми она работала три года, стала хирургической сестрой и ассистировала при операциях. Далеко не все способны на это. Каким самообладанием и стремлением действенно помочь раненому надо обладать! Кровь, мясо, раздробленные кости – ничто не отвратило ее именно от этой работы. Ведь она могла быть просто медсестрой.  Один такой факт как много говорит о Государыне.

        При этом мало кто видел в ней сильное, жертвенное сердце. Мало кто понимал ее из высшей аристократии. Ее застенчивость принимали за холодность, ее чистоту просто не понимали, ее занятия домом были чужды многим светским женщинам… Привыкшая к непониманию и неприятию, Государыня умела чувствовать и боль других. Раненых она не только оперировала, но и старалась утешить словом, что воспитала и в своих дочерях. Они работали в лазарете. По свидетельству одного из бывших раненых офицеров, «у Них была врожденным способность несколькими словами смягчить и уменьшить горе, тяжесть переживаний и физические страдания воинов» [17].    С некоторыми из бывших раненых Государыня сохраняла и дальнейшие сердечные отношения.

             В заточении Она, лишенная почти всего, продолжала любить, служить своей любовью и помогать своим бывшим подданным – и друзьям, и близким друзей. Но как это было вообще возможно?

           Приведу несколько примеров. Так, когда Государыня узнала, что у матери одного из ее подопечных офицеров, бывшего ее раненого полковника А. В. Сыробоярского,  отняли пенсию,  Она, уже в заточении, высылает, «из своих недостатков»  (так характеризует материальное положение Царской Семьи сам Сыробоярский) ей 300 р. Приведем фрагмент из ее письма М. М. Сыробоярской: «Много, много о Вас думаю и беспокоюсь. Если у всех отнимают пенсию, то чем Вы будете жить? Ведь у Вас ничего нет. Не могу о Вас без слез вспомнить…Так хочется Вам помогать, а не знаю, как. Все теперь трудно, не хозяин своим делам…» [18]. Но, несмотря ни на что, Она продолжала оставаться «хозяйкой своим делам» и помогала. При этом поражает удивительное внимание Государыни к тяжелой обыденной «прозе» жизни Ее соотечественников и бывших подданных. Как глубоко Она переживает за их скудные пайки, которые знает по весу, как пытается помочь даже едой: из своего заточения она умудряется ее посылать другим, что, конечно, было далеко не просто. 

        И наконец, то, на чем хочется остановиться особо. Государыня помогает духовно. Она пытается передать своим друзьям плоды той благодати, которые получила Она в укрепление в Своем изгнании. Так, в письмах А. А. Вырубовой Она не раз специально свидетельствует ей о Своих тишине, покое, радости – плодах Божиего присутствия и укрепления Ее души: «Хочу тебе дать эту внутреннюю радость и  тишину, которой Бог наполняет мне душу, — разве это не чудо!» [19]. Это письмо написано 13/26 марта из Тобольска, когда Царственным мученикам оставалось жить на земле меньше 4 месяцев, а в нем Она, обреченная со всеми ее дорогими детьми и мужем, ощущает чудо Божиего посещения и стремится поделиться им.

          Можно приводить много фактов из последних месяцев жизни Государыни, свидетельствующих, что даже накануне своего мученического ухода Она полна заботой о Своей России, заботой, несущей другим тепло, защиту Ее сильного материнского сердца.

         Из воспоминаний офицера: “Однажды в Царском Селе на Братском кладбище хоронили скончавшегося в одном из царскосельских лазаретов офицера. Один из наших друзей-офицеров поехал на вечернюю панихиду и рассказал нам впоследствии, как глубоко он был потрясен всем увиденным. Служба еще не начиналась, но публики в церкви собралось много, и в маленькой церкви стало так душно, что он вышел на улицу. Темнело, и в сумраке весеннего дня кое-где белели кресты могил. Вдруг у ограды кладбища остановился автомобиль, из которого вышла дама, вся в черном, и, войдя в ограду, остановилась у первой же могилы, осенняя себя крестным знамением.  Офицер отошел из скромности возможно дальше и ожидал, что дама сейчас уедет или пройдет в церковь. Но велико было его удивление, когда она, отойдя от одной могилы, пошла дальше и, остановившись с молитвой перед следующей, обошла все кладбище, молясь перед каждым крестом. Когда она дошла до офицера, он узнал в ней Государыню Императрицу, которая одна ночью молилась за души погибших своих подданных“[20]. Этот удивительный эпизод не нуждается ни в каком комментарии. Также и сейчас на Небе Она нас видит и, надеемся, молится за нас.

                                                                 * * * 

               Обращение к письмам, записям из дневников Императрицы Александры Федоровны помогли нам увидеть хоть в какой-то мере душу этой удивительной Государыни, понять особенности Ее христианского служения, сопряженного с каждодневным трудом, порой рутинным (это у Императрицы!), с жертвенной любовью, в которой человек переносит боль, трудности, неудобства. С любовью, конкретной помощью, заботой, изливающимися не только на «своих», потому что «своими» становились и все Ее подданные. Как теперь это бывает непостижимо, но мы с Вами увидели наглядный тому пример. 

           Этот опыт ушедшего мира показывает еще и другое. Это уроки дарения, отдачи себя, помощи, даже тогда, когда физически, казалось бы, дать нечего.

            Этот мир свидетельствует нам о том, что когда мрак, Господь может осветить его, если мы стремимся к Свету, как стремилась к Нему всю жизнь последняя российская  Государыня… И тогда придут  покой, радость, жизнь… Знакомство с дневниковым  записями, письмами Александры Федоровны и по сей день помогают ее подданным, укрепляет наши  души, вселяет надежду   даже в дни тяжелых испытаний.