Императорский фарфор
Императорский фарфор — одна из центральных глав истории русского декоративно-прикладного искусства. За этим понятием стоят и первое отечественное производство фарфора, и придворные сервизы на сотни предметов, и монументальные вазы, скульптура, виртуозная живопись, технические эксперименты, смена художественных стилей и почти два столетия непосредственной связи предприятия с российским императорским двором.
История началась в Санкт-Петербурге в 1744 году при Елизавете Петровне. Сначала предприятие называлось Невской порцелиновой мануфактурой. Именно здесь Дмитрий Иванович Виноградов разработал технологию русского твердого фарфора из отечественного сырья. В 1765 году, уже при Екатерине II, мануфактура получила название Императорский фарфоровый завод — ИФЗ.
Но значение ИФЗ определялось не только первенством. На протяжении XVIII–XIX веков завод фактически работал на пересечении государства, двора и искусства. Менялись монархи — менялись формы, сервизы, сюжеты, орнаменты и сама художественная задача фарфора.
Поэтому императорский русский фарфор нельзя свести к одной узнаваемой росписи или единому стилю. Елизаветинское барокко, екатерининский классицизм, александровский ампир, николаевская эклектика, эксперименты конца XIX века и модерн эпохи Николая II выглядят совершенно по-разному.
Объединяет их происхождение — Императорский фарфоровый завод и его особое место в художественной культуре Российской империи.
Что такое Императорский фарфоровый завод
Предприятие, которое сегодня известно как Императорский фарфоровый завод, возникло в 1744 году по инициативе императрицы Елизаветы Петровны.
Создание собственного фарфорового производства имело государственное значение. В первой половине XVIII века европейский фарфор оставался редким и престижным материалом. Петр I приобретал фарфоровые изделия за границей, интересовался европейскими мануфактурами и пытался организовать производство в России. Реализовать эту идею удалось уже при его дочери.
Первоначально производство связывали с приглашенным из-за границы Христианом Конрадом Гунгером. Однако ключевой фигурой стал российский горный инженер Дмитрий Иванович Виноградов.
В 1747–1748 годах Виноградову удалось получить белый прозрачный фарфор с качественной глазурью. Он разработал технологический цикл, состав массы, способы обжига и в 1752 году написал труд «Описание чистого порцелина, как оной в России при Санкт-Петербурге делается». Первые изделия были небольшими — чашки, табакерки, пуговицы, трубки, детали столовых приборов. К более крупным предметам производство смогло перейти после строительства большого горна в 1756 году.
Так началась собственная русская школа фарфора.
Первый императорский сервиз: фарфор Елизаветы Петровны
Одним из первых крупных произведений мануфактуры стал «Собственный Ея Величества» сервиз, выполненный для Елизаветы Петровны.
Он был украшен рельефной сеткой, незабудками, золотом, пурпуром и лепными цветочными гирляндами. Уже в раннем русском фарфоре видна черта, которая затем будет постоянно возвращаться в истории ИФЗ: сервиз воспринимается не просто как набор функциональной посуды, а как целостное художественное произведение.
Именно придворный заказ дал молодому производству возможность решать задачи, которые были бы невозможны для обычной коммерческой посуды: разрабатывать новые формы, сложный декор, специальные композиции и технически трудные предметы.
При этом термин «императорский сервиз» не обозначает какой-то один тип рисунка.
В разные эпохи такими сервизами могли быть совершенно разные по стилю и назначению ансамбли: парадные столовые, повседневные дворцовые, коронационные, приданые, яхтинские и другие комплекты.
1765 год: почему завод стал Императорским
При Екатерине II предприятие было реорганизовано и в 1765 году получило название Императорского фарфорового завода. С этого периода изделия завода стали маркировать вензелем правящего монарха.
Изменилось и само производство.
При Елизавете русская мануфактура еще осваивала технологию. Во времена Екатерины II она уже способна была создавать огромные художественные ансамбли и конкурировать с ведущими европейскими производствами.
Большую роль сыграл французский скульптор Жан-Доминик Рашет, приглашенный на предприятие в 1779 году. В художественном языке завода усиливаются классицизм, античные мотивы, ясность композиции и монументальность форм.
Именно екатерининское время стало одним из высших периодов императорского русского фарфора.
Арабесковый, Яхтинский и Кабинетский сервизы Екатерины II
Размер некоторых заказов хорошо показывает масштаб задач Императорского завода.
Арабесковый сервиз, преподнесенный Екатерине II в 1784 году к двадцатилетию ее правления, первоначально включал 973 предмета и был рассчитан на 60 кувертов. В его художественном решении использовались античные арабески, связанные с открытиями Помпей и Геркуланума.
Яхтинский сервиз обращался уже к другой теме — российскому флоту и торговле.
В медальонах Кабинетского сервиза, включавшего около 800 предметов, были представлены памятники античной Италии.
Это очень важно для понимания ИФЗ.
Единого «императорского орнамента» не существовало. Фарфор мог рассказывать об античности, государстве, путешествиях, архитектуре, военной истории, природе — художественная программа определялась конкретным заказом.
Не вся императорская посуда была огромной
Парадные сервизы Екатерины II могут создать впечатление, будто дворцовый фарфор всегда представлял собой сотни или тысячи предметов.
Это не так.
При Павле I характер заказов заметно изменился. Император предпочитал более камерные комплекты на 8–20 персон; в моду входили и небольшие сервизы déjeuner на двоих.
Уже этот пример показывает, насколько тесно форма фарфорового ансамбля была связана с образом жизни владельца и характером приема.
Дворцовый фарфор реагировал не только на художественную моду, но и на повседневность самого двора.
Императорский фарфор был частью более широкого мира вещей
Фарфор не заканчивал свою жизнь после выхода из заводской печи.
Он попадал в дворцы, резиденции, усадьбы, участвовал в приемах, использовался за столом и становился предметом коллекционирования.
Эту двойственность фарфора — вещь одновременно бытовую и художественную — особенно точно помогает увидеть интервью проекта «В поисках утраченного ковчега» с историком искусства и архитектуры Марией Владимировной Нащёкиной:
«Объектом этого творчества становилась сама усадьба. Владельцы сами проектировали и перестраивали дома, разбивали сады, выписывали растения, создавали коллекции живописи и фарфора.»
Источник: «Усадьба как место “жизнетворчества”». Интервью с Марией Владимировной Нащёкиной. Слова Марии Владимировны Нащёкиной.
Само соседство коллекций живописи и фарфора показательно.
Фарфоровая тарелка могла использоваться за столом и одновременно восприниматься как произведение искусства. Для ИФЗ эта способность особенно существенна: завод создавал и функциональные вещи, и предметы, техническая и художественная сложность которых далеко выходила за пределы обычной посуды.
Александр I и русский ампир
Начало XIX века стало новой важной эпохой в истории завода.
При Александре I Императорским фарфоровым заводом занимался руководитель Кабинета Его Императорского Величества граф Дмитрий Александрович Гурьев. Производство было серьезно реорганизовано. Для совершенствования технологии приглашали мастеров Берлинской королевской мануфактуры, а для художественной работы — специалистов из Севра. Одной из ключевых фигур стал скульптор Степан Степанович Пименов.
Художественной средой этого периода был русский классицизм и ампир.
Главным произведением эпохи стал Гурьевский сервиз.
Гурьевский сервиз: Россия как сюжет фарфора
Гурьевский сервиз был создан для Александра I и предназначался для Зимнего дворца. Он рассчитывался на 50 персон.
Автором проекта стал Степан Пименов. В сервиз входили скульптурные композиции с фигурами крестьянских девушек и юношей, изображения Москвы, Петербурга, Петергофа и Гатчины, а также сцены русской жизни, созданные по произведениям художников и граверов. Цветовая гамма строилась на торжественном сочетании красно-коричневого тона и золота.
Это принципиальный момент в истории ИФЗ.
Если екатерининские ансамбли активно работали с античным художественным языком, то Гурьевский сервиз превращает саму Россию в один из центральных сюжетов придворного фарфора.
Русский фарфор не становится от этого изолированным от Европы: на заводе работают зарубежные специалисты, используются международные художественные достижения. Но постепенно внутри этого диалога формируется собственный круг образов.
Николай I: фарфор как энциклопедия стилей
При Николае I художественные возможности ИФЗ достигли исключительного уровня.
Завод создавал огромные парадные вазы, сложнейшую живопись, портреты, миниатюры, изделия, имитировавшие бронзу, яшму, малахит и коралл. На фарфор переносили произведения Леонардо да Винчи, Рафаэля, Тициана, Рембрандта и других мастеров из собрания Эрмитажа.
Одновременно расцветает историзм.
Создаются сервизы, обращавшиеся к разным эпохам и художественным языкам: «Этрусский», «Готический», большие дворцовые «Гербовый», «Золотой», «Бабьегонский».
Особенно важен Кремлевский сервиз, созданный по рисункам археолога и художника Федора Солнцева. Его художественным источником стало древнерусское искусство — в частности, декор исторических предметов царской культуры.
Таким образом, интерес к национальному художественному наследию внутри императорского заказа существовал задолго до конца XIX века.
Императорский фарфор и копии произведений искусства
Одна из характерных особенностей николаевской эпохи — превращение фарфора в поверхность для чрезвычайно сложной живописи.
Большие вазы могли нести практически картинные композиции. Художники копировали произведения Эрмитажа, стремясь передать оригинальную живопись в иной технике и на совершенно другой поверхности.
Это уже трудно назвать просто оформлением посуды.
Фарфор становится самостоятельным художественным медиумом, требующим от мастера знаний живописи, технологии обжига, поведения пигментов и особенностей формы.
Высокий уровень работы завода был отмечен золотой медалью на Всемирной выставке в Лондоне в 1851 году.
Музей Императорского фарфорового завода
В 1844 году, к столетию предприятия, при ИФЗ был создан собственный музей.
Его собрание формировалось из произведений завода и предметов, поступавших из дворцовых кладовых. Позднее, при Александре III, был введен принцип изготовления значимых авторских произведений в двух экземплярах: один предназначался заказчику или двору, второй — музейному собранию.
Это необычайно важно для истории производства.
Завод начинал сознательно сохранять собственную художественную память.
Музейная коллекция позволяла новым поколениям художников видеть ранние формы, росписи, технологии и сервизы не только по рисункам и документам, но непосредственно в материале.
С 2001 года историческое собрание находится в ведении Государственного Эрмитажа как Музей Императорского фарфорового завода.
Императорский фарфор в доме: между двором и семейной памятью
Название «императорский» легко заставляет воспринимать такой фарфор исключительно как принадлежность дворца.
Но реальные судьбы вещей сложнее.
Предметы переходили из одного пространства в другое, сервизы разделялись, отдельные чашки и тарелки сохранялись десятилетиями. Императорский фарфор мог соседствовать в усадебном доме с европейской посудой и изделиями частных российских предприятий. Именно такую разнообразную картину дают сохранившиеся усадебные собрания.
В статье проекта «В поисках утраченного ковчега» «Усадьба как образ России» князь Сергей Александрович Щербатов вспоминает родовое имение:
«При жизни отца в этом родовом имении, перешедшем ко мне в силу преемственности, все шло “по старинке”… Все стояло на местах…»
Источник: «Усадьба как образ России». Слова князя С. А. Щербатова.
«Все стояло на местах» — важная деталь для истории предметов.
Фарфор существовал не только внутри истории завода. После покупки или заказа начиналась другая история — история конкретного дома. Именно поэтому происхождение старого фарфора иногда оказывается столь же интересно, как клеймо или имя художника.
Александр II: от придворной роскоши к технологическому поиску
Период Александра II заметно отличался от николаевского.
Личный интерес императора к производству был меньше, объемы фарфорового производства сокращались, размеры изделий и пышность отделки становились сдержаннее. Однако завод продолжал участвовать в международных выставках и получил награды в Лондоне, Париже и Вене.
Одновременно шел технический поиск.
В 1870-е годы осваивались терракота, цветные глазури и pâte-sur-pâte — техника декорирования жидкой фарфоровой массой по цветному фону.
Этот этап особенно хорошо показывает, почему историю ИФЗ нельзя описывать только через смену орнаментов.
Изменялся сам материальный язык фарфора.
Александр III: новый интерес к заводу
При Александре III внимание двора к предприятию вновь усилилось.
Император считал распространение искусства делом государственного значения и требовал поставить производство в условия, позволяющие ему оставаться образцом для частных производителей. Обновлялось оборудование, специалисты знакомились с работой ведущих европейских мануфактур, развивались новые технологии.
Одним из наиболее важных новшеств стала подглазурная роспись. С 1892 года завод начал систематически работать с этим способом декорирования.
Менялся и художественный язык.
Император интересовался китайскими и японскими изделиями, цветными глазурями, терракотой. Таким образом, даже в период усиления интереса к русской культуре ИФЗ продолжал существовать внутри широкого международного художественного обмена.
Это важно помнить, когда мы сегодня говорим о «русском стиле»: национальное искусство Российской империи никогда не развивалось в полной изоляции от других культур.
Рафаэлевский сервиз
Одним из самых грандиозных произведений позднего Императорского завода стал Рафаэлевский сервиз.
Проект создавался при непосредственном участии Александра III. Орнаментальным источником послужили росписи Лоджий Рафаэля в Ватикане.
Работа продолжалась около двадцати лет и завершилась в 1903 году. Эрмитаж называет Рафаэлевский сервиз самым крупным и дорогостоящим произведением ИФЗ последней четверти XIX века.
Перед нами хороший пример того, насколько условным было бы искать в императорском фарфоре один «национальный» декоративный язык.
Одно из главных произведений российского завода обращается к итальянскому Возрождению, но создается русскими мастерами для российского императорского двора и становится частью истории русского фарфора.
Почему русский фарфор нельзя отделить от международного искусства
ИФЗ постоянно взаимодействовал с другими художественными центрами.
На завод приглашали специалистов из Берлина и Севра, технологи изучали европейские производства, мастера работали с итальянским Возрождением, античностью, французским искусством, японской и китайской керамикой.
Но заимствование не означало простого копирования.
Художественные источники попадали в другую культурную, технологическую и заказную среду и получали новое воплощение.
Именно поэтому развитие фарфора Российской империи правильнее воспринимать как диалог: между отечественным и европейским, придворным и частным, историческим источником и современной для каждой эпохи формой.
Императорский фарфор и «русский стиль»
Во второй половине XIX века вопрос национального художественного языка становится особенно значимым для всей русской культуры.
Он затрагивает архитектуру, декоративное искусство, графику, книжное оформление, текстиль и, конечно, фарфор.
При этом «русское» не означало наличия одного заранее заданного набора орнаментов.
Древнерусские памятники, народное искусство, рукописная книга, архитектура XVII века могли становиться источниками совершенно разных художественных решений.
Эта осторожность в понимании национального языка важна и сегодня: исторический источник необходимо сначала определить, а уже потом говорить о его современном использовании.
Николай II: модерн и новые технологии
К концу XIX — началу XX века ИФЗ технически представлял собой уже совершенно другое производство.
При Николае II совершенствовались горны и оборудование, появилась собственная электростанция, развивались цветные и кристаллические глазури, новые составы фарфора, эмалевая и подглазурная живопись.
В художественном языке проявился модерн: природные линии, стилизованные растения, водоросли, новые отношения между формой предмета и его декором.
С заводом работали художники, связанные с «Миром искусства», среди них Евгений Лансере; официальная история ИФЗ упоминает также связи с Константином Сомовым и Сергеем Чехониным.
При Александре Федоровне создавались большие «Александринский» и «Царскосельский» сервизы.
Императорский фарфор вступал в XX век уже не только как наследник придворной традиции XVIII столетия, но и как площадка современного искусства своего времени.
Первая мировая война и конец императорской эпохи
Первая мировая война резко изменила задачи предприятия.
Из-за прекращения импортных поставок возникла необходимость производить технический и химический фарфор, детали и материалы для военных нужд. Выпуск художественных изделий сократился.
Одной из категорий, которая продолжала производиться в значительном количестве, оставались фарфоровые пасхальные яйца для христосования с солдатами на фронте.
После революции прежний придворный период закончился.
Завод стал Государственным фарфоровым заводом, позднее получил имя М. В. Ломоносова и был широко известен как ЛФЗ. Историческое название «Императорский фарфоровый завод» было возвращено предприятию в 2005 году.
Современный ИФЗ продолжает работать в Санкт-Петербурге, однако это уже самостоятельная тема. Здесь нас интересует прежде всего исторический Императорский завод Российской империи.
ИФЗ и фарфор Российской империи — не одно и то же
Эти понятия полезно различать.
Императорский фарфоровый завод — конкретное петербургское предприятие, основанное в 1744 году и получившее императорское название в 1765-м.
Фарфор Российской империи — понятие значительно более широкое.
В него входят произведения не только ИФЗ, но и многочисленных частных производств: Гарднера, Попова, Батенина, братьев Корниловых, Кузнецовых, гжельских предприятий и других фабрик.
Даже музейные исследования русского фарфора XVIII–XIX веков рассматривают рядом произведения ИФЗ и крупнейших частных производителей, прежде всего завода Гарднера.
Поэтому старая тарелка российского производства с богатой позолотой совсем не обязательно является «императорским фарфором».
Для такой атрибуции нужны конкретные основания.
Клейма Императорского фарфорового завода
Клеймо — один из важных инструментов при атрибуции ИФЗ.
С екатерининского времени характерной особенностью становится использование вензеля правящего монарха. В последующие эпохи императорские вензеля менялись вместе с царствованиями; могли различаться цвет и техника нанесения марки. Эрмитаж отмечает, что система маркировки вензелями сохранялась вплоть до 1917 года.
Но определять подлинность фарфора только по картинке клейма из интернета рискованно.
Следует учитывать одновременно:
- форму предмета;
- состав и качество фарфоровой массы;
- способ росписи;
- позолоту;
- технологические особенности;
- соответствие марки предполагаемой дате;
- известные музейные аналогии;
- происхождение вещи.
Клейма подделываются, отдельные старые вещи могут иметь сложную историю производства и декорирования, а некоторые марки требуют специальной атрибуции.
Поэтому серьезное определение старого ИФЗ должно опираться прежде всего на музейные каталоги и профессиональную экспертизу.
Что такое императорский сервиз
Запрос «императорский сервиз» тоже требует уточнения.
Это не название определенного вида русского сервиза.
Исторически ИФЗ создавал множество разных ансамблей для императорской семьи, дворцов и связанных с двором случаев.
Среди наиболее известных:
«Собственный» сервиз Елизаветы Петровны — один из первых крупных российских фарфоровых ансамблей.
Арабесковый, Яхтинский и Кабинетский сервизы Екатерины II — грандиозные парадные ансамбли второй половины XVIII века.
Гурьевский сервиз — одно из главных произведений русского ампира при Александре I.
Кремлевский сервиз — пример обращения к древнерусским художественным источникам при Николае I.
Рафаэлевский сервиз — выдающийся ансамбль эпохи Александра III, завершенный уже при Николае II.
То есть каждый императорский сервиз имеет собственную историю, программу, заказчика и художественный язык.
Фарфор как часть гостеприимства
Несмотря на музейный статус многих сохранившихся произведений, изначально значительная часть сервизного фарфора создавалась для использования.
Стол был частью придворного церемониала, но в более широкой русской культуре оставался прежде всего местом встречи людей.
Галина Георгиевна Степанова, говоря в интервью проекту «В поисках утраченного ковчега» о дворянском укладе, соединяет три важные составляющие:
«Первое — это, безусловно, гостеприимство. Усадьба была открытым домом. Второе — художественная, творческая жизнь. В дворянских гнездах собирались музыканты, художники, поэты. Эта атмосфера была их неотъемлемой частью. И третье — история. Живая связь с прошлым.»
Источник: «Усадьба: восстанавливаем потерянные связи». Интервью с Галиной Георгиевной Степановой.
Эти три понятия — гостеприимство, искусство и история — помогают увидеть императорский и вообще старый русский фарфор за пределами музейной витрины.
Изначально вещи существовали среди людей.
Почему старый императорский фарфор воспринимается иначе сегодня
Сегодня чашка или тарелка XVIII–XIX века прежде всего воспринимается как исторический объект.
Но для первого владельца она могла быть новой вещью.
Это важное изменение перспективы.
Когда предмет поступал из ИФЗ в Зимний дворец или другую резиденцию, у него еще не было двухсотлетней истории. Значение накапливалось постепенно — благодаря заказу, владельцам, событиям и дальнейшей судьбе.
Именно поэтому происхождение фарфора так существенно для коллекционеров и музеев.
Одинаковые по типу предметы могут иметь совершенно разный исторический вес, если один сохранился без контекста, а судьба другого прослеживается через конкретный дворец, сервиз или семью.
Что делает Императорский фарфоровый завод особым явлением
Значение ИФЗ складывается сразу из нескольких обстоятельств.
Это первое устойчивое отечественное производство фарфора, где была создана собственная технология.
Это придворное предприятие, способное работать над крупнейшими государственными и художественными заказами.
Это художественная школа, через которую прошли выдающиеся скульпторы, живописцы и технологи.
Это лаборатория, где осваивались новые массы, способы обжига, глазури, золочение, подглазурная роспись и другие технологии.
И наконец, это предприятие, которое на протяжении почти всей истории Российской империи реагировало на изменения самого искусства.
Поэтому Императорский фарфоровый завод интересен не только специалисту по керамике.
Через его историю можно читать историю русского искусства XVIII — начала XX века.
Исторический фарфор и современные коллекции проекта «В поисках утраченного ковчега»
Современные коллекции «В поисках утраченного ковчега» не являются изделиями ИФЗ и не продолжают конкретные императорские сервизы. Это важно разделять.
Связь находится на другом уровне: в отношении к историческому художественному источнику.
История ИФЗ показывает, что русский фарфор постоянно обращался к искусству других эпох и культур: античности, итальянскому Возрождению, древнерусским памятникам, народным образам, европейской живописи.
Современный автор может работать с историческим материалом по тому же принципу — не копировать старый предмет, а изучать источник и создавать на его основе новую вещь.
В актуальной линейке проекта «В поисках утраченного ковчега» этот подход особенно виден в трех фарфоровых коллекциях. Публичные материалы по-прежнему представляют «Яхонты гуслицких книг», «Багряное золото» и рукописный «Златоцвет» как основные фарфоровые серии.
«Яхонты гуслицких книг»
Орнаментальная основа коллекции связана с гуслицкой книжной росписью XIX — начала XX века.
В актуальной линейке представлены, в частности, комплекты тарелок «Яхонты гуслицких книг. Двойка» и «Тройка» на четыре персоны.
Книжный рисунок здесь не переносится на фарфор механически: меняются масштаб и композиция, орнамент приспосабливается к круглой форме тарелки.
Это не исторический ИФЗ, а современный пример работы с русским художественным наследием.
«Златоцвет. Классика»
В этой коллекции используется ручная надглазурная полихромная роспись с золотом, а растительный орнамент обращается к гуслицким рукописным книгам XVIII века.
Сам ручной характер исполнения особенно интересен после знакомства с историей ИФЗ: фарфор снова оказывается поверхностью непосредственной работы художника.
«Багряное золото»
Коллекция работает с орнаментальным наследием русской рукописной и старопечатной книги XVII–XIX веков. В актуальной линейке есть тарелки на четыре персоны и две версии комплектов чайных пар. Публичное описание уточняет важную производственную деталь: используется костяной фарфор китайского производства, а деколь выполняется в России с применением золота.
Именно такая точность важна при разговоре об историческом наследии: современному предмету не нужно приписывать происхождение, которого у него нет. Его связь с русской культурой определяется конкретным художественным источником и работой с ним.
От императорского заказа к живой истории вещи
Главный урок истории ИФЗ заключается, пожалуй, не в том, что когда-то существовали особенно роскошные сервизы.
Гораздо интереснее другое.
Фарфор постоянно находился между искусством и жизнью.
Император мог утверждать проект сервиза. Художник создавал роспись. Мастер выполнял форму. После обжига предмет поступал во дворец. Затем им пользовались, его переставляли, передавали, иногда разбивали, иногда сохраняли. Через десятилетия он оказывался частью собрания. Через столетие — музейным экспонатом.
Эту способность вещей накапливать контекст Галина Степанова сформулировала в другом интервью особенно точно:
«Если все переплетено с историей, с предметами, картинами, музыкой, это обязательно оставляет след. Хотя бы заставляет разобраться в увиденном и в тех ощущениях, что возникли.»
Источник: «Потерянные связи». Интервью с Галиной Георгиевной Степановой.
В этом смысле императорский фарфор интересен не только как вершина производства Российской империи.
Это один из наиболее наглядных примеров того, как вещь способна соединить технологию, искусство, государственную историю и частную жизнь.
Краткая история Императорского фарфорового завода
1744 год — в Санкт-Петербурге основана Невская порцелиновая мануфактура.
1747–1748 годы — Дмитрий Виноградов получает качественный русский фарфор из отечественного сырья.
1750-е годы — создаются первые крупные изделия и «Собственный» сервиз Елизаветы Петровны.
1765 год — предприятие получает название Императорского фарфорового завода.
1780–1790-е годы — расцвет больших екатерининских сервизов: Арабескового, Яхтинского, Кабинетского.
Начало XIX века — реорганизация при Александре I и создание Гурьевского сервиза.
1825–1855 годы — виртуозная фарфоровая живопись, исторические стили, Кремлевский сервиз, большие вазы и копии произведений Эрмитажа.
1844 год — при заводе создается музей.
1870-е годы — новые виды глазурей и техника pâte-sur-pâte.
1892 год — систематическое освоение подглазурной росписи.
Конец XIX — начало XX века — Рафаэлевский сервиз, модерн, новые технологии, развитие подглазурной живописи.
1914–1917 годы — Первая мировая война меняет профиль предприятия; растет производство технического фарфора.
После 1917 года — начинается уже советская глава истории завода.
2005 год — предприятию возвращают историческое название «Императорский фарфоровый завод».
Читайте также
История русского фарфора
Императорский фарфоровый завод был первым и важнейшим государственным производством, но история русского фарфора значительно шире одного предприятия.
Как возникло собственное производство, почему появились частные фабрики Гарднера, Попова, Корниловых и Кузнецовых, как фарфор вошел в дворянский, купеческий и городской дом — подробнее в статье «История русского фарфора».